После июньского перемирия между Вашингтоном и Тегераном ситуация вокруг Ормузского пролива снова обострилась: стороны возобновили удары, обвинили друг друга в срыве договорённостей и фактически вернули конфликт к прежней точке напряжения. На фоне эскалации дорожает нефть, а нефтяной рынок снова оценивает риски возможного срыва судоходства.
Перемирие, подписанное 17 июня после почти четырёх месяцев войны, изначально считалось крайне уязвимым. Аналитики предупреждали, что любая новая вспышка насилия может сорвать соглашение, и именно так и произошло: США и Иран вновь обменялись ракетно-дроновыми ударами.
Одним из главных условий июньского меморандума было открытие Ормузского пролива — критически важного маршрута для мирового энергорынка — и временная отмена американских ограничений на экспорт иранской нефти. Однако, как отмечал аналитик MS NOW Стивен Реттнер, пролив так и не заработал в полном объёме. Уже 20 июня Тегеран снова заговорил о блокаде Ормуза, сославшись на удары Израиля по проиранской «Хезболле» в Ливане, но танкеры тогда продолжали движение, а цены на нефть опускались к довоенным 70–72 долларам за баррель.
Позднее стороны несколько раз объявляли о новых паузах и возобновлении переговоров, однако эти передышки оказывались недолгими. Иран атаковал суда, идущие в обход его территориальных вод, США отвечали ударами по военным объектам и возвращали санкционное давление на иранскую нефть. К началу июля движение танкеров через пролив фактически остановилось.
Главный спор развернулся вокруг трактовки пятого пункта меморандума. В документе сказано, что Иран должен приложить все усилия для обеспечения безопасного прохода торговых судов. Тегеран видит в этом право контролировать коридор, а Вашингтон — обязательство открыть пролив для свободного транзита нефти, газа и других грузов. Представители нефтяных компаний описывали эту формулировку как настолько расплывчатую, что она допускает противоположные толкования.
По данным источника, Иран настаивал, чтобы суда шли северным маршрутом у его побережья, где их проще контролировать и где Тегеран мог бы взимать плату за обслуживание. США, в свою очередь, помогали кораблям двигаться южным путём, ближе к Оману, под защитой своих военных. Такой вариант явно ослаблял иранское влияние на пролив, что и стало одной из причин нового витка атак.
Дополнительным фактором эскалации стал раскол внутри иранской элиты. Часть руководства, по словам бывшего американского переговорщика Роберта Мелли, стремится закрепить военные успехи дипломатией, тогда как другие считают, что перемирие было заключено слишком рано. О неоднородности позиций пишет и BBC: источники издания в американской дипломатии связывали нападение на танкер со сжиженным газом под флагом Катара с подразделением Корпуса стражей исламской революции, которое действует не вполне в русле линии верховного руководства.
КСИР по-прежнему играет ключевую роль в политической системе Ирана и открыто заявляет, что не уступит контроль над проливом. В Тегеране считают Ормуз важнейшим рычагом давления на США и одновременно экономическим ресурсом на случай, если санкции останутся в силе и активы Ирана за рубежом будут заморожены.
13 июля Дональд Трамп объявил о возобновлении морской блокады Ирана и заявил, что США возьмут пролив под контроль. Он также предложил взимать 20% от стоимости всех перевозимых грузов как оплату за безопасность, назвав себя «хранителем Ормуза». Однако ни механизм этого решения, ни его правовую основу он не объяснил. Инициативу сразу отвергли Международная морская организация, крупнейшие контейнерные перевозчики и союзники США в регионе.
Уже на следующий день Трамп отказался от идеи сборов, заявив, что после переговоров с лидерами Ближнего Востока США сосредоточатся на торговых и инвестиционных соглашениях со странами Персидского залива. При этом он добавил, что пролив будет открыт для всех судов, кроме иранских. Позже интенсивность боевых действий только выросла: Кувейт и Бахрейн сообщили о перехвате иранских дронов, а в ОАЭ заявили о поражении двух нефтяных танкеров в южной части Ормуза. В результате атаки погиб гражданин Индии, ещё восемь человек получили ранения, среди них шестеро индийцев и двое украинцев.
Рынок нефти отреагировал на новую волну насилия резкими колебаниями. После снижения Brent до 72 долларов за баррель котировки сначала поднялись до 80 долларов, затем колебались около 77, а после заявлений Трампа вновь вернулись к уровню 80 долларов. Позже, на фоне новых ударов и угроз расширить атаки, Brent поднимался до 84–85 долларов, хотя это всё ещё заметно ниже весенних 126 долларов за баррель.
Несмотря на почти полную остановку танкерного потока через Ормуз, рынок пока не впадает в панику. Во многом это связано с тем, что за последние месяцы участники рынка адаптировались к новым рискам, а мировая нефтяная система оказалась устойчивее, чем предполагалось весной. По оценкам Международного энергетического агентства, смягчить шок помогли сокращение закупок крупнейшими импортёрами, прежде всего Китаем, а также масштабный выход нефти из стратегических резервов.
Часть стран-экспортёров, включая США и некоторые государства Персидского залива, смогли перенаправить поставки в обход Ормуза. Это уже влияет не только на нефтяной рынок, но и на логистику в целом: DP World планирует построить новый порт и контейнерный терминал на восточном побережье ОАЭ, чтобы снизить зависимость от пролива.
При этом продолжительное противостояние несёт новые риски. Нефтетрейдеры предупреждают, что у стран МЭА остаётся всё меньше объёмов для экстренного высвобождения запасов, а возможная блокировка других маршрутов, включая Баб-эль-Мандеб, может ударить сразу по нескольким направлениям торговли. На этом фоне участники рынка всё чаще исходят из того, что Ормуз уже не вернётся к прежнему режиму работы даже после возможного нового перемирия.