Несмотря на санкции и многолетние споры, российское программное обеспечение для учета и управления по-прежнему остается в украинском бизнесе и даже в отдельных государственных структурах. На фоне войны и киберугроз это вызывает вопросы не только о законности закупок, но и о безопасности данных, а также о зависимости от софта, который формально уже давно должен был быть вытеснен с рынка.
В Украине уже несколько лет пытаются ограничить использование российского программного обеспечения, прежде всего 1С и связанных с ним решений. Однако, как показывает рынок, полный отказ так и не состоялся: компании продолжают строить бухгалтерию и управление персоналом вокруг этих систем, а государственные учреждения по-прежнему тратят деньги на их сопровождение и специалистов.
Первые масштабные ограничения для российских цифровых сервисов появились еще в 2017 году. Тогда под санкции попали в том числе 1С, «ВКонтакте», «Одноклассники», Mail.ru, «Яндекс» и другие компании. Но, как отмечают в IT Ukraine, ограничивать нужно не только конкретное юрлицо, а сам программный продукт, иначе его можно просто переоформить или вывести на рынок под другим названием.
Именно так на рынке появился BAS — решение, которое позиционировалось как европейская альтернатива, но по архитектуре фактически повторяло 1С. На протяжении 2022–2026 годов депутаты несколько раз пытались закрепить прямой запрет на использование такого ПО в законе, однако ни одна из инициатив не стала действующим законом. В 2023 году санкции против 1С продлили еще на 10 лет, а для госструктур отдельно запретили закупать и использовать 1С и BAS.
При этом в январе 2026 года Госспецсвязь сформировала перечень запрещенного программного и сетевого оборудования. В него попадают продукты, связанные с подсанкционными лицами и компаниями, а также решения, запрещенные по суду. Но механизм остается неполным: отдельного штрафа за сам факт использования такого ПО нет, а значит, контроль и ответственность по-прежнему ограничены.
По оценкам IT Ukraine, около 75% украинских компаний все еще используют российское программное обеспечение. На рынке ERP звучат еще более высокие оценки — до 90%. Это видно и по вакансиям: запросы на бухгалтеров, операторов и программистов 1С по-прежнему дают десятки объявлений в разных сферах.
Формально для частного бизнеса прямого запрета нет, поэтому здесь речь идет в основном о репутационных и киберрисках. Но проблема особенно чувствительна в государственном секторе и оборонной сфере. В материале упоминаются вакансии с требованием знания 1С или BAS в отдельных компаниях оборонно-промышленного комплекса, а также в государственном предприятии «Дия».
По подсчетам ассоциации IT Ukraine, с 2015 года госучреждения закупили через Prozorro российского ПО на 2,25 млрд грн. Более половины этой суммы пришлось уже на период после 2022 года. В 2024 году госкомпании потратили на такой софт 304 млн грн. При этом после 2017 года часть закупок стали маскировать под общие формулировки — например, «система бухгалтерского учета» или «ПО для расчета зарплаты».
Для оборонных компаний и поставщиков армии вопрос особенно важен, поскольку их системы могут содержать конфиденциальные данные о логистике, маршрутах и закупках. В Агентстве оборонных закупок поясняют, что для поставщиков продовольствия уже действует поэтапная интеграция с DOT-Chain и требование отказаться от запрещенного ПО. Для производителей вооружения подход мягче: обязательного отказа от таких систем в договорах пока нет, хотя возможность перейти на безопасные решения у них есть.
Таким образом, украинский рынок до сих пор живет в ситуации, когда российский софт формально ограничен, но фактически остается востребованным. При отсутствии жесткого контроля и прозрачной статистики вопрос отказа от 1С и BAS по-прежнему остается нерешенным.
